08.10.2013

«По обе стороны Каспия», сравнительный анализ инвестиционного законодательства в Казахстане и Азербайджане эксклюзивно для Аналитического журнала PETROLEUM

«По обе стороны Каспия», сравнительный анализ инвестиционного законодательства в Казахстане и Азербайджане эксклюзивно для Аналитического журнала PETROLEUM

Специалисты Юридической фирмы «GRATA» эксклюзивно для PETROLEUM провели сравнительный анализ инвестиционного законодательства в Казахстане и Азербайджане.

– Начнем с одного конкретного примера. Весной текущего года норвежская компания Statoil объявила об уходе из Казахстана. Выйдя из проекта «Абай», она сделала выбор в пользу Азербайджана, подписав с государственной ГНКАР меморандум о взаимопонимании по перспективным структурам Зафар и Машал в азербайджанском секторе Каспия. Означает ли это, что инвестиционный климат в этой стране более привлекательный, нежели у нас? Не могли бы вы провести сравнительный анализ предоставления права недропользования в прикаспийских государствах (Казахстан, Азербайджан)?

Ерболат Еркебуланов, Советник, Департамент «Природные ресурсы», Юридическая фирма «GRATA»

КАЗАХСТАН:

– Закон РК «О недрах и недропользовании» от 24.06.2010 г. (далее – «Закон РК о недрах») устанавливает разные инвестиционные режимы для инвесторов, желающих получить контракт на разведку и (или) добычу полезных ископаемых на суше, либо на Каспийском море.

Общий порядок получения права недропользования

Право недропользования в РК предоставляется на основании контрактов, заключенных по итогам тендера или на основании прямых переговоров. Ранее существовала возможность заключения соглашений о разделе продукции (далее – «СРП»), однако соответствующий закон РК о СРП был отменен с 1 января 2009 г.

С 2007 года в РК был установлен мораторий на предоставление права недропользования на основе тендера, и право недропользования предоставляется только на основе прямых переговоров. В начале текущего года было объявлено о снятии данного моратория и, насколько известно, в настоящее время готовится пакет месторождений, которые будут выставлены на тендер.

Исходя из вышеизложенного, на практике инвесторы, желающие получить право недропользования в РК, либо перекупают право недропользования (его часть) у существующего недропользователя, либо покупают прямо или косвенно доли участия (акции) в таком недропользователе, либо заключают соглашение с национальной компанией (АО «Национальная компания «Казмунайгаз», АО «Национальная горнорудная компания «ТауКен Самрук», региональные социально-предпринимательские корпорации), которая обладает правом получения права недропользования на основе прямых переговоров.

Отметим, что с 2012 года у инвесторов появилась дополнительная возможность самостоятельно получить право недропользования на основе прямых переговоров в случае, если инвестор приобретет статус субъекта индустриально-инновационной деятельности в соответствии с Законом РК «О государственной поддержке индустриально-инновационной деятельности» от 9 января 2012 г.

Требования к операциям на море

Требования к лицам, претендующим на получение права недропользования на море, значительно более высоки, чем для получения права недропользования на суше.

Например, обязательным условием предоставления государством права недропользования на море является долевое участие в соответствующем контракте национальной компании в размере не менее пятидесяти процентов. Далее, если договором о совместной деятельности между иностранным инвестором и национальной компанией не предусмотрено иное, то Закон РК о недрах устанавливает, что уплата подписного бонуса в пользу Республики Казахстан производится ее стратегическим партнером.

Помимо этого, в ходе переговоров могут быть установлены иные требования.

Например, в отношении Statoil, согласно информации из открытых источников, стороны договорились о том, что все расходы на стадии разведки норвежская компания должна была взять на себя. Помимо этого, стороны согласовали участие Statoil в строительстве самоподъемной буровой установки, которая в будущем будет использоваться для освоения блоков шельфа Каспийского моря.

Мы полагаем, что фактором, послужившим уходу Statoil из проекта «Абай», расположенного в казахстанском секторе Каспийского моря, является длительность переговоров (2006-2013 гг.), а также, возможно, некоторые иные требования, выдвинутые национальной компанией.

Самир Гаджиев, Советник, Руководитель офиса в г. Баку, Азербайджан, Юридическая фирма «GRATA»

АЗЕРБАЙДЖАН:

– Согласно статье 8 Закона АР «О недрах» № 439-IQ от 13 февраля 1998 г. (далее - «Закон АР о недрах»), пользователями недр в АР могут быть физические и юридические лица как АР, так и других государств. При этом, статья 4 Закона АР о недрах устанавливает, что недра в пределах территории АР, без ущерба прав любых физических и юридических лиц, являются собственностью АР. Таким образом, сохраняя за собой право собственности, государство может предоставить право пользования недрами отдельным физическим и юридическим лицам как АР, так и иностранных государств. Из данного положения также исходит, что участки недр не могут быть предметом купли-продажи, дарения и иных форм отчуждения. Несмотря на то, что согласно Закону АР о недрах, право пользования недрами может быть предоставлено как на определенный срок, так и без ограничения срока, иностранные инвесторы, как правило, получают такое право на срок до 30 лет с возможностью его продления. Следует отметить, что недра на территории АР могут быть предоставлены в пользование путем как конкурса или аукциона, так и прямых переговоров. Согласно Положению о правилах и условиях проведения конкурсов и аукционов по предоставлению права пользования недрами АР, открытый аукцион (конкурс) проводится без установления каких-либо ограничений в отношении числа и категории пользователей недр, в то время как закрытые аукционы (конкурсы) проводятся для государственных предприятий.

В случае выставления на аукцион (конкурс) участков недр, осуществление права пользования которыми предполагается на основании заключенного СРП, условия аукциона (конкурса) должны включать в себя положения об основных критериях или условиях заключения такого СРП. С целью определения победителя создается аукционная (конкурсная) комиссия из числа представителей уполномоченных министерств и комитетов АР. По результатам аукциона (конкурса) принимается совместное решение (большинством голосов членов комиссии). Данное решение служит основанием для последующей выдачи разрешения (лицензии).

Предоставление недр в пользование путем прямых переговоров осуществляется в следующих случаях:

  • необъявление аукциона (конкурса) по предоставлению права на пользование недрами;
  • отсутствие заявок на участие в ходе объявления повторного аукциона (конкурса) или при обращении одного заявителя;
  • эксплуатация остаточных запасов или по определенным причинам (экономическим, горнотехническим, ввиду изменения качества минерального сырья и пр.) оставшихся и сохраненных в недрах (консервация) запасов;
  • бурение и использование отдельных скважин подземных вод (за исключением подземных вод, являющихся источником централизованного водоснабжения);
  • использование естественных родников;
  • участки недр, не имеющих сложную геологическую структуру, предоставляемых для строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых, а также строительство и эксплуатация подземных сооружений простой конструкции;
  • если предприятие в настоящее время осуществляет свою деятельность в связи с ранее приобретенным правом на эксплуатацию горного отвода или правом на пользование недрами в ином порядке (если эти виды деятельности требуют получения разрешения или лицензии).

 Результаты прямых переговоров оформляются решением, которое служит основанием для дальнейшей выдачи лицензии. Предоставление права пользования недрами путем прямых переговоров осуществляется министерствами АР в пределах их компетенции.

Формы платежей за приобретение права пользования недрами устанавливаются в соответствии с условиями разрешения (лицензии) на пользование участками недр. Таким образом, плата за пользование недрами может производиться как в форме денежных платежей, так и частью объема добытого минерального сырья или иной продукции, производимой недропользователем.

Требования к лицам, претендующим на получение права недропользования на море, не отличаются от таковых для получения права недропользования на суше.

В случае со Statoil, которая уже участвует в самых крупных международных проектах Азербайджана: разработке Азери-Чираг-Гюнешли и освоении газового месторождения Шах-Дениз, а также проектах транспортировки углеводородов с этих месторождений, то это шаг, направленный на укрепление присутствия в азербайджанском секторе Каспия.

– В каком из государств бывшего Союза, на ваш взгляд, выстроена наиболее логичная и эффективная система защиты прав инвесторов, и в области нефти и газа, в частности? Как две стороны одной медали в мире трактуются понятия «энергетический патриотизм» и «ресурсный национализм», то есть усиление влияния и доли государства в секторе нефтегазодобычи. Какова правовая основа данного явления в прикаспийских странах? 

Ерболат Еркебуланов, Советник, Департамент «Природные ресурсы», Юридическая фирма «GRATA» 

КАЗАХСТАН:

 Во-первых, согласно законодательству РК, международные договоры, ратифицированные РК, имеют приоритет перед внутренними законодательными актами. Казахстаном заключены соглашения о взаимной защите и поощрении инвестиций с 44 странами, которые предоставляют дополнительные гарантии защиты прав инвесторов: защиту от дискриминации, реквизиции и национализации, право на разрешение инвестиционных споров в международных арбитражных судах в отсутствие арбитражного соглашения.

Во-вторых, основным правовым основанием для защиты прав инвесторов в области казахстанского недропользования является статья 30 (Гарантии прав недропользователя) Закона РК о недрах, согласно которой:

«Недропользователю гарантируется защита его прав в соответствии с законодательством Республики Казахстан. Изменения и дополнения законодательства, ухудшающие результаты предпринимательской деятельности недропользователя по контрактам, не применяются к контрактам, заключенным до внесения данных изменений и дополнений.

Гарантии, установленные настоящей статьей, не распространяются на изменения законодательства Республики Казахстан в области обеспечения национальной безопасности[1], обороноспособности, в сферах экологической безопасности, здравоохранения, налогообложения и таможенного регулирования».

Раздел «Гарантии стабильности контракта», аналогичный по содержанию ст. 30 Закона РК о недрах, является обязательной частью контрактов по недропользованию.

В случае наличия споров между государственными органами и недропользователями в отношении неприменимости к недропользователю изменений в законодательстве, которые ухудшают позицию недропользователей (за исключениями, установленными законом), многочисленная судебная практика показывает, что суды в РК придерживаются принципа стабильности контракта.

Помимо этого, во многих контрактах недропользователей предусмотрено право иностранных инвесторов на разрешение спора в международном арбитраже, решение которого обязательно на территории РК.

Наконец, стоит упомянуть, что инвесторы обладают правом на обращение в Международный центр по урегулированию инвестиционных споров (International Center for Settlement of Investment Disputes).

В отношении правовой основы энергетического патриотизма и ресурсного национализма

«Энергетический патриотизм» в понятии добывающих государств, которое также классифицируется в негативном смысле странами-потребителями полезных ископаемых как «ресурсный национализм», означает усиление присутствия государства в проектах, связанных с разведкой и добычей полезных ископаемых.

Обычно в мировой практике это осуществляется разными способами: от прямой смены собственности до опосредованных методов, включая налоговое и таможенное регулирование.

В Казахстане «энергетический патриотизм» осуществляется путем выкупа государством долей участия в проектах при продаже одним из акционеров долей в нем, на основании приоритетного права государства, установленного законодательством о недрах (последний случай – выкуп права компании ConocoPhillips в Северокаспийском проекте). Мы считаем, что все юридические формальности соблюдаются.

В отношении месторождения Карачаганак известен случай, когда у государства и инвестора возникал спор относительно нарушения налогового и таможенного законодательства. В дальнейшем спор разрешился тем, что в обмен на снятие претензий к инвестору было достигнуто соглашение о продаже государству 10% доли в проекте.

Отметим, что известный также в мировой практике другой случай, когда РК увеличило свою долю в соглашении о разделе продукции по проекту Кашаган в 2008 г., был вызван неисполнением первоначально принятых консорциумом обязательств по началу коммерческой добычи в 2008 г.

Резюмируя, мы считаем, что в целом государство заняло жесткую позицию в отношении недропользователей, и при несоблюдении ими принятых на себя обязательств возникает риск возникновения претензий со стороны государства.

В целом, государство усиливает свой контроль в проектах по недропользованию путем выкупа долей участия (акций) в недропользователе или его родительских организациях на условиях, согласованных сторонами.

Самир Гаджиев, Советник, Руководитель офиса в г. Баку, Азербайджан, Юридическая фирма «GRATA»

АЗЕРБАЙДЖАН:

– В отличие от Казахстана, где иностранным инвесторам в нефтегазовой отрасли предлагается заключение сервисного контракта, Азербайджан предлагает иностранным инвесторам заключение Соглашения о разделе продукции (СРП), которое после подписания его сторонами ратифицируется Милли Меджлисом (парламентом) АР и, таким образом, возводится в ранг закона. Безусловно, заключение такого СРП предоставляет инвесторам достаточно убедительные  гарантии государства, а также специальный режим налогообложения и т.д.

Порядок отчуждения или передачи долей участия также устанавливается в СРП.  Согласно общепринятым положениям СРП, участники соглашения могут отчуждать принадлежащие им доли третьим лицам с предварительного согласия АР. При этом, отчуждение может быть осуществлено при условии, что приобретатель прав берет на себя все обязательства в соответствии с условиями СРП, располагает достаточными финансовыми и техническими ресурсами и опытом управленческой деятельности, необходимыми для выполнения работ по СРП. Таким образом, приобретение доли участия в предприятии (участника СРП), уже владеющем лицензией на право пользования недрами, является возможным при достижении договоренности с участниками СРП. 

Помимо этого, Закон АР «О защите иностранных инвестиций» гарантирует иностранным инвесторам права, равные с местными инвесторами. АР заключила двусторонние договора с основными государствами, резиденты которых являются инвесторами в экономику АР, по защите и поощрению инвестиций и избежанию двойного налогообложения. Следует также отметить Конвенцию о порядке разрешения инвестиционных споров между государствами и иностранными лицами, Конвенцию об учреждении Многостороннего агентства по гарантиям инвестиций, Конвенцию о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений, Конвенцию СНГ о защите прав инвестора и прочие, к которым присоединилась АР.

– В последние годы Казахстан достаточно жестко ставит перед инвесторами вопрос местного содержания, требуя увеличения объема закупок товаров, работ и услуг у отечественных поставщиков, а также национализации кадров. Какова правовая основа у подобных требований, и существуют ли подобные требования в законодательстве других государств?

Ерболат Еркебуланов, Советник, Департамент «Природные ресурсы», Юридическая фирма «GRATA»

КАЗАХСТАН:

– В Казахстане правовой основой для данных требований являются:

1)    п. 3 ст. 129 (Переходные положения) Закона РК о недрах, согласно которому: «По ранее заключенным контрактам на недропользование с государственными органами Республики Казахстан стороны обязаны руководствоваться установленными настоящим Законом требованиями в части унификации терминологии, предоставления информации о местном содержании в кадрах, местном содержании в товарах, работах и услугах, рассчитанном в соответствии с единой методикой расчета организациями местного содержания при закупках товаров, работ и услуг, о планируемых и фактически произведенных закупках товаров, работ и услуг, в порядке и по формам, утверждаемым компетентным органом».

2)    п. 2 ст. 61 (Виды контрактов на недропользование) Закона РК о недрах, устанавливающий, что контракт должен содержать обязательства, в том числе, по местному содержанию в кадрах, товарах, работах и услугах.

Далее, согласно ст. 37 (Обратная сила нормативного правового акта)Закона РК «О нормативных правовых актах» от 24 марта 1998 года, действие нормативного правового акта не распространяется на отношения, возникшие до его введения в действие за исключением случаев, когда обратная сила нормативного правового акта или его части предусмотрена им самим.

Отметим, что в силу гарантий прав недропользователей, т.е. так называемой «стабильности контрактов», с юридической точки зрения права недропользователей были соблюдены, т.к. начиная со второй половины 2010 года компетентные органы (Министерство нефти и газа РК в отношении нефтегазовых контрактов либо Министерство индустрии и новых технологий РК в отношении горнорудных контрактов), заключили соответствующие дополнительные соглашения с недропользователями. Согласно данным дополнениям, в подавляющее число контрактов были введены минимальные процентные показатели по местному содержанию отдельно по товарам, работам, услугам и персоналу, а также ответственность за их несоблюдение.

О возможных причинах установления требований по местному содержанию в РК

Ни для кого не секрет, что общий объем инвестиций недропользователей в экономику Казахстана представляет собой значительную сумму. В то же время, в СМИ неоднократно приводились примеры того, что некоторые недропользователи осуществляют закупки за рубежом ТРУ по цене, в несколько раз превышающей стоимость аналогичных видов ТРУ, имеющихся на местном рынке. Таким образом, такие недропользователи получали ряд существенных преимуществ.

Во-первых, они имели возможность закупать ТРУ у иностранных компаний, зачастую зарегистрированных в той же стране, что и сами недропользователи (соответственно, средства не шли на развитие местного содержания в РК).

Во-вторых, все эти расходы отображались в качестве исполнения инвестиционных обязательств по контрактам (каждый недропользователь имеет ежегодные финансовые обязательства, при существенном недостижении которых существует риск расторжения контракта).

И, в-третьих, после начала добычи полезных ископаемых, такие недропользователи имели возможность не платить повышенные налоги на сумму вложенных инвестиций. Соответственно, у них был прямой интерес всячески завышать свои расходы на этапе разведки.

На наш взгляд, именно для предотвращения таких действий и были внесены изменения в законодательство РК о недропользовании.

Самир Гаджиев, Советник, Руководитель офиса в г. Баку, Азербайджан, Юридическая фирма «GRATA»

АЗЕРБАЙДЖАН:

– В отличие от законодательства РК, АР не ставит перед иностранными инвесторами жестких требований по местному содержанию. Т.е. инвестор вправе закупать, как правило, посредством тендеров, то оборудование, услуги и работы, которые сочтет необходимыми. При этом, следует отметить, что мы наблюдаем рост закупок  оборудования, услуг и работ у местных поставщиков и подрядчиков, что наглядно показывает повышение конкурентоспособности местных поставщиков.

Что касается национализации кадров, то это требование нашло свое отражение в СРП и договорах о совместной деятельности, заключаемых с иностранными инвесторами. Как правило, требование заключается в достижении 80% уровня национализации персонала. До определенного периода данное требование выполнялось инвесторами не особо эффективно, однако, с постепенным ужесточением АР трудовой миграционной политики в 2010 г., завершившейся принятием и вступлением в силу с 1 августа этого года Миграционного кодекса, инвесторы включились в процесс выполнения требований по национализации кадров. Объективно, за 20-тилетний период в АР сформировалось большое число действительно профессионалов нефтегазовой отрасли, вобравших в себя образование и опыт, отвечающие современным вызовам в отрасли.

– Как известно, Каспийское море является экологически чувствительным регионом планеты. Казахстан и Россия уже ведут добычу на морском шельфе, Казахстан планирует начать добычу на морском месторождении Кашаган до конца текущего года. Не могли бы вы сделать сравнительный анализ экологического законодательства в прикаспийских государствах?

Лейла Махметова, Советник, Руководитель Департамента «Экологическое право», Юридическая фирма «GRATA»

КАЗАХСТАН:

Сравнительная характеристика экологического законодательства Прикаспийских стран. Казахстан

– В Казахстане охрана экологических систем Каспийского моря осуществляется в соответствии с Экологическим кодексом РК от 09.01.2007 г., Законом РК «Об особо охраняемых природных территориях» от 07.07.2006 г., Водным кодексом РК от 09.07.2003 г., Законом РК «О недрах и недропользовании» от 24.06.2010 г. и множеством других нормативных правовых актов.

В правовом регулировании отношений, связанных с использованием и охраной экосистем Каспия, можно выделить два основных направления – установление ограничений на осуществление деятельности, негативно влияющей на состояние Каспийского моря, и правовая регламентация использования его ресурсов: прежде всего, вод, недр, животного мира.

Ограничения на осуществление деятельности в районе Каспийского моря установлены, прежде всего, Экологическим и Водным кодексами РК, а также Законом РК «О недрах и недропользовании».

Так, в северной части Каспийского моря создана государственная заповедная зона, в пределах которой устанавливаются временные ограничения на проведение отдельных работ, а также выделяются участки с полным запретом хозяйственной деятельности.  Согласно Экологическому кодексу РК,  на отдельных участках заповедной зоны каждый год, в период с 1 апреля по 15 июля, запрещаются проведение строительных и геофизических работ, а также испытание скважин и судоходство. В течение указанного периода процесс добычи нефти должен находиться на автономном обеспечении оборудованием, химическими реагентами, горюче-смазочными и другими материалами, продовольствием. Недропользователи должны обеспечить накопление и хранение отходов добычи нефти; вывоз отходов допускается только по окончании указанного периода. Данные ограничения направлены на обеспечение нормального нерестового хода рыбы и ската молоди в море.

В целях сохранения птиц в местах их гнездования (тростниковых зарослях, песчаных прибрежных косах и островах) в период с 1 апреля по 15 июля каждого года запрещаются проведение строительных работ и испытание скважин. Для сохранения популяции каспийских тюленей проведение нефтяных операций с октября по май каждого года  должно осуществляться на расстоянии не ближе 1 852 метров (т.е. 1 морской мили) от мест их концентрации. Поскольку места лежбищ тюленей периодически меняются, должны быть приняты все возможные меры для выявления мест концентрации тюленей.

Кодекс запрещает пролет воздушных судов над местами обитания птиц и тюленей на  высоте ниже 1 километра. Запрет не распространяется на случаи проведения научно-исследовательских и аварийно-спасательных работ, которые должны проводиться после предварительного уведомления   органов Министерства охраны окружающей среды.

Что касается правовой регламентации использования ресурсов Каспийского моря, то наиболее строгие правила законодательством РК установлены для проведения нефтяных операций. Прежде всего,  нефтяные операции (разведка и добыча нефти) осуществляются  на основании контракта на проведение операций по недропользованию. До заключения контракта его проект подлежит обязательной государственной экологической экспертизе в Министерстве охраны окружающей среды, которая представляет собой проверку соответствия контракта действующим в Казахстане экологическим требованиям. Государственная  экологическая экспертиза проводится и в отношении технологических проектных документов, на основании которых ведутся разведка и добыча нефти (проектов поисковых и оценочных работ, пробной эксплуатации, опытно-промышленной и промышленной разработки месторождений, технологических схем разработки месторождений, технико-экономических обоснований).  Без положительного заключения государственной экологической экспертизы реализация любого проекта запрещается.

Кроме того, законодательством РК предусматривается ряд требований к проведению нефтяных операций. Среди этих требований наиболее важными являются следующие.

Сжигание  попутного и природного газа в факелах допускается только по разрешению, выдаваемому Министерством нефти и газа. При этом промышленная разработка месторождения допускается только при условии переработки или утилизации газа.

Недропользователи, которые проводят нефтяные операции на море и в предохранительной зоне (т.е. зоне, простирающейся  от береговой линии моря на пять километров в сторону суши на территории Республики Казахстан), обязаны  разрабатывать специальные программы по предотвращению загрязнения моря и утверждать их в составе проектных документов.  В случае загрязнения моря в результате проведения нефтяных операций недропользователь несет ответственность за вред, причиненный окружающей среде и другим лицам, независимо от своей вины, если не докажет, что вред возник в результате действия непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Для возведения  объектов на море (бурения скважин, строительства и эксплуатации нефтегазопроводов, искусственных островов, дамб и сооружений) предусмотрен специальный разрешительный порядок.  Законом запрещаются строительство и эксплуатация хранилищ и резервуаров нефти на море, а также хранение нефти на морских сооружениях, за исключением временного (не более двадцати дней) хранения нефти для ее последующей транспортировки танкерами непосредственно с морских сооружений.

Кроме того, запрещаются сброс и захоронение отходов на дне моря. Сброс сточных вод в море осуществляется только с разрешения и под контролем государственных контролирующих органов при условии их очистки до установленных нормативов.

Использование вод (в том числе морских) регулируется рядом нормативных правовых актов, среди которых важнейшим является Водный кодекс РК от 09.07.2003 г. В частности, забор морских вод с применением водозаборных сооружений, а также сброс в морские воды сточных вод допускаются по разрешению на специальное водопользование, которое выдается территориальными органами Комитета по водным ресурсам Министерства охраны окружающей среды.  В случаях нарушения водного законодательства разрешение может быть отозвано.

Основным нормативным правовым актом, регулирующим использование фауны Каспийского моря, является Закон РК от 09.07.2004 г. «Об охране, воспроизводстве и использовании животного мира». Данным законом, в частности, предусматривается разрешительный порядок рыболовства (как прибрежного, так и морского), а также требования, направленные на охрану животного мира (охрана ценных, редких и находящихся под угрозой исчезновения видов животных, охрана среды обитания, условий размножения, путей миграции и мест концентрации диких животных и др.).

Важную роль в охране окружающей среды (в том числе экосистем Каспийского моря) играет институт юридической ответственности за экологические правонарушения. Так, загрязнение, засорение, истощение поверхностных вод; незаконное строительство, влияющее на состояние водоемов, влекут привлечение недропользователей и их виновных должностных лиц к административной ответственности (наложение штрафов, принудительный снос незаконных строений, влияющих на состояние водоемов). Загрязнение, засорение, истощение вод, повлекшее причинение существенного вреда растительному или животному миру, рыбным запасам, лесному или сельскому хозяйству, влечет уголовную ответственность. Привлечение к административной и уголовной ответственности не освобождает недропользователя от возмещения вреда, причиненного окружающей среде. При этом суммы компенсаций зависят от характера причиненного вреда и могут быть весьма значительными, достигая сотен миллионов и даже миллиарды тенге.


[1] Например, в законодательство РК о недропользовании были внесены изменения, предусматривающие приоритетное право государства на приобретение права недропользования, долей участия (акций) в недропользователе или его прямых или косвенных учредителях. Помимо этого, все крупные месторождения внесены в реестр стратегически важных объектов, и компетентный орган наделен правом инициировать изменения в контракты в случае нарушения экономических интересов РК, либо, при создании угрозы национальной безопасности расторгать их на основании решения правительства РК.

Продолжение сравнительного анализа читайте в приложении.

Ерболат Еркебуланов

Партнер, Руководитель департамента «Недропользование» (г. Алматы)